воскресенье, 28 апреля 2024 г.

8 deadliest spiders on Earth

 

Story by Christina Hughes

Spiders are some of the most successful arthropods on the planet, having colonized every continent except Antarctica. 

Not all of these eight-legged arachnids are venomous, but some can be deadly to humans. 

From the notorious black widow to the ultra-deadly funnel web spider, here are some of the deadliest spiders on Earth.


Brown widow spider©Vinícius Souza via Alamy Stock Photo

Latrodectus geometricus is the scientific name for the brown widow spider. It looks similar to its infamous "cousin" the black widow, right down to the hourglass-shaped marking on its abdomen, but there are some key differences. The brown widow’s marking is orange and yellow rather than red, and as their name suggests, they predominantly have tan and brown mottling and a spiky, rather than smooth, appearance. Believed to originate in South America, the brown widow spider is found all around the world.

The brown widow's venom is less toxic than that of its black cousin. However, it can still be deadly. Although they don't deliver as much venom as a black widow, the brown widow's bite can still cause latrodectism due to its neurotoxic venom. Symptoms of lactrodectism include pain, perspiration, muscle rigidity and vomiting.


Red widow spider©Premaphotos via Alamy Stock Photo

Living mostly in sand dunes in Central and Southern Florida, the red widow spider (Latrodectus bishop) is another member of the notorious "widow" family. Their venom is just as lethal as brown and black widows, but as they live so far from human contact there has been no recorded bite in medical literature. The female red widow spider's venom is a neurotoxin which is thought to cause prolonged muscle spasms.

The red widow spider has a red-orange head and legs and a black abdomen with yellow rings around red dots. Rather than an hourglass marking like its "cousins," the red widow usually has one or two red marks.


Redback spider©By Toby Hudson - Own work, CC BY-SA 3.0, https://commons.wikimedia.org/w/index.php?curid=18357323

Due to its strikingly similar appearance, the redback spider (Latrodectus hasselti) was once thought to be a sub species of the black widow spider, but it is a distinct species. Also known as the Australian black widow, you can find this creepy crawly throughout Australia, Southeast Asia and New Zealand. The redback spider has even been found in Japan, the United Arab Emirates and Belgium due to inadvertent introductions.

Highly venomous, the bite from the female redback spider can be life-threatening. Using its fangs, it injects a complex venom that causes intense pain at the bite area, in addition to sweating and goosebumps. As time goes on, these symptoms worsen and there may also be redness and swelling, as well as nausea, muscle twitching, headache and fever. Respiratory failure may occur in severe cases. Thankfully, in 1956 scientists released a redback spider antivenom which is very effective, even when used several weeks after the initial bite. No deaths have been reported since.


Funnel-web spiders©Australian Reptile Park

Normally in the world of spiders it is the female that is more deadly, but for funnel-web spiders (Atrax) the male has the more toxic bite. Any attack must be treated quickly with antivenom, especially if a child has been bitten. There have been several recorded fatalities due to the venomous bites of the funnel-web spider, with death occurring within the hour after being bitten. However, since the development of the antivenom in 1981, there haven’t been any more recorded deaths. Predominantly located in southeast Australia (Sydney), funnel-web spiders are also found in New Zealand, Chile and Europe.

Interestingly, animals such as cats and dogs can actually survive a funnel web bite – it takes about 30 minutes for their body to neutralize the toxin – it's just humans who have such a severe reaction. This venom effects the nervous system and causes symptoms such as an elevated heart rate, numbness/tingling of the mouth and difficulty breathing.


Six-eyed sand spider©Papilio via Alamy Stock Photo

Found in deserts in southern Africa, the six-eyed sand spider (Hexophthalma hahni) buries itself in the sand to ambush unsuspecting prey. The small, stiff hairs that cover the spider helps to hold sand particles in place, adding to its camouflage. It's otherwise known as the six-eyed crab spider due to its crab-like legs.

Another arachnid that produces venom with necrotic effects, the six-eyed sand spider is the most venomous of any of its arachnid relatives, toxicology studies reveal. Scientists have found that there are proteins within their venom that can cause tissue destruction, blood vessel leakage, and thinning of the blood. No antivenom currently exists.


Mouse spider©Peripitus, CC BY-SA 3.0 , via Wikimedia Commons

Black in color with stocky, thick legs and a distinctively bulbous head and jaw regions, the mouse spider (Missulena) looks a lot more frightening than its name sounds. One species is located in Chile, another in South America and the rest distributed throughout Australia. They live in soil-covered burrows, popping out the hinged trapdoor top to attack prey.

Their hard, large fangs can cause a deep and very painful bite. However, while scientists believe that the venom of the mouse spider is very toxic, it is rarely injected. As so few cases have been reported, it is thought that mouse spiders don't use a lot of venom or may even "dry bite." Fortunately, funnel-web spider antivenom has proven effective in cases of mouse spider bite.


Black widow spider©Kimberly Hosey/Getty Images

In the genus Latrodectus, the black widow is one of the most venomous spiders and is found on every continent except Antarctica. In North America, they're commonly found in southern Canada and in the northeastern United States. You can identify the female black widow spider by its shiny black body and distinct red hourglass-shape on the underside of the abdomen. The male black widow is smaller in size, brown or gray in color with small red sports and does not have the hourglass marking.

While both male and female black widows are venomous, only the female is dangerous to humans. The venom of a black widow is reported to be 15 times stronger than that of a rattlesnake, although they don’t deliver as much venom in their bite, so fatalities are rare. That’s not to say a black widow bite isn’t painful! Those unlucky enough to be bitten by a black widow will experience nausea, fever, sweating, restlessness, muscle cramps and labored breathing, and these symptoms may last for several days.


Brown recluse spider©Rick Vetter

As their name suggests, brown recluse spiders (Loxosceles reclusa) have a shy nature and tend to hide away in dark, sheltered places. However, the brown recluse spider will bite if they feel threatened, and their bites can be deadly. They are usually found in the south and central United States, spanning southeastern Nebraska to southwestern Ohio, south to northwestern Georgia and into Texas.

The brown recluse spider can be dangerous to people because their venom contains a toxin that can cause skin necrosis (rotting). For the most part, symptoms, such as burning and itching at the bite site, as well as fever and nausea, develop a few hours after a bite. In extreme cases, the venom can lead to serious reactions or even death, especially to more vulnerable groups such as young children and the elderly.

https://shorturl.at/dkquQ

понедельник, 22 апреля 2024 г.

8 of the world's most deadliest snakes

 

Story by Ailsa Harvey

You don't want to come across one of these reptiles©suebg1 photography via Getty Images

They hiss, they slither and unfortunately for humans and unsuspecting prey, they bite. Snakes bite about 5.4 million people every year, resulting in between 81,000 and 138,000 deaths, according to the World Health Organization.

Venomous snakes kill their victims with toxic substances produced in a modified salivary gland that the animal then injects into prey using their fangs. Such venom has evolved over millions of years to cause severe reactions in the victim, from immobilization and hemorrhage to tissue death and inflammation, researchers reported in 2019 in the journal Frontiers of Ecology and Evolution.

Here are snakes whose venom not only packs a punch for small prey but that can take out humans. Get ready to run!


Boomslang© Alex Hibbert via Getty Images

About 24 hours after being bitten on the thumb by a juvenile boomslang (also called a South African green tree snake), herpetologist Karl Patterson Schmidt died from internal bleeding from his eyes, lungs, kidneys, heart and brain, researchers reported in 2017 in the journal Biochimica et Biophysica Acta. The snake had been sent to Schmidt at The Field Museum in Chicago for identification. Like others in the field at the time (1890), Schmidt believed that rear-fanged snakes like the boomslang (Dispholidus typus) couldn't produce a venom dose big enough to be fatal to humans. They were wrong. 

The boomslang, which can be found throughout Africa but lives primarily in Swaziland, Botswana, Namibia, Mozambique and Zimbabwe, is one of the most venomous of the so-called rear-fanged snakes, according to the University of Michigan Museum of Zoology. Such snakes can fold their fangs back into their mouths when not in use. As in other deadly snakes, this one has hemotoxic venom that causes their victims to bleed out internally and externally, the Museum reported. 

With an egg-shaped head, oversized eyes and a bright-green patterned body, the boomslang is quite the looker. When threatened, the snake will inflate its neck to twice its size and expose a brightly colored flap of skin between its scales, according to the South African National Biodiversity Institute. Death from a boomslang bite can be gruesome. As Scientific American describes it: "Victims suffer extensive muscle and brain hemorrhaging, and on top of that, blood will start seeping out of every possible exit, including the gums and nostrils, and even the tiniest of cuts. Blood will also start passing through the body via the victim's stools, urine, saliva, and vomit until they die." Luckily, there is antivenom for the boomslang if a victim can get it in time.


Eastern tiger snake©Shutterstock

Native to the mountains and grasslands of southeast Australia, the eastern tiger snake (Notechis scutatus) is named for the yellow and black bands on its body, though not all populations sport that pattern, according to the Australian Museum. Its potent venom can cause poisoning in humans in just 15 minutes after a bite and is responsible for at least one death a year on average, the University of Adelaide reported. 


Russell's viper©Rithwik photography via Getty Images

Around 58,000 deaths in India are attributed to snake bites every year, and the Russell's viper (Daboia russelii) is responsible for the majority of these mortalities, according to research published March 25, 2021, in the journal PLOS Neglected Tropical Diseases. This species is considered one of the most deadly of the true vipers, researchers reported in 2021 in the journal Toxins. 

In Sri Lanka, where this nocturnal viper likes to rest in arable fields, they cause high mortality among farmers during harvest time. The snake's venom can lead to an awful smorgasbord of symptoms: acute kidney failure, severe bleeding and multi-organ damage, researchers reported in the Handbook of Clinical Neurology in 2014. Some components of the venom related to coagulation can also lead to acute strokes, and in rare cases, symptoms similar to Sheehan's syndrome in which the pituitary gland stops producing certain hormones. Victims typically die from renal failure, according to the handbook. 


Saw-scaled viper©kristianbell via Getty Images

The saw-scaled viper (Echis carinatus) is the smallest member of the "Big Four" in India — along with Russell's viper, the common krait (Bungarus caeruleus) and the Indian cobra (Naja naja) — thought to be responsible for the most bites and related deaths in the country.

Rather than the stereotypical "hissing" sound attributed to snakes, this viper starts "sizzling" by rubbing together special serrated scales when threatened, according to research published in 2013 in the Journal of Venomous Animals and Toxins including Tropical Diseases, according to a journal statement. Once bitten by this viper, a person will have localized swelling and pain in the area, followed by potential hemorrhage. Since the venom messes with a person's ability to clot blood, it can lead to internal bleeding and ultimately acute kidney failure, according to the educational society Understanding Animal Research. Hydration and antivenom (there are nine types of antivenom for this snake) should be administered within hours of the bite for a person to survive, Understanding Animal Research said.


Banded krait©Arun Roisri via Getty Images

The banded krait (Bungarus fasciatus) is a slow mover during the day and is much more likely to bite after dark. The snake's venom can paralyze muscles and prevent the diaphragm from moving, according to a 2016 study published in the journal PLOS Neglected Tropical Diseases. This stops air from entering the lungs, effectively resulting in suffocation.


King cobra©Pierre von Rahmel via Getty Images

The king cobra (Ophiophagus hannah) is the world's longest venomous snake, measuring up to 18 feet (5.4 m), according to the Natural History Museum in London. The snake's impressive eyesight allows it to spot a moving person from nearly 330 feet (100 m) away, according to the Smithsonian Institution. When threatened, a king cobra will use special ribs and muscles in its neck to flare out its "hood" or the skin around its head; these snakes can also lift their heads off the ground about a third of their body length, according to the San Diego Zoo. 

Its claim to fame is not so much the potency of its venom, but rather the amount injected into victims: Each bite delivers about 7 milliliters (about 0.24 fluid ounces) of venom, and the snake tends to attack with three or four bites in quick succession, the Fresno Zoo reported. Even a single bite can kill a human in 15 minutes and an adult elephant in just a few hours, Sean Carroll, molecular biologist at the University of Maryland, wrote in The New York Times.


Coastal taipan© Henry Cook via Getty Images

You could be bitten multiple times before becoming aware of the coastal taipan (Oxyuranus scutellatus), thanks to its incredible speed, according to the Australian Museum. When threatened, this snake, which lives in the wet forests of temperate and tropical coastal regions, will lift its whole body off the ground as it jumps fangs-first with extraordinary precision and injects venom into its enemy. Before 1956, when an effective antivenom was produced, this snake's bite was nearly always fatal, according to Australian Geographic.


Inland taipan©Jack Reynolds via Getty Imasges

The inland taipan is the one of the most venomous snakes, according to the International Journal of Neuropharmacology, meaning just a teensy bit of its venom can kill prey (or human victims). They live tucked away in the clay crevices of Queensland and South Australia'a floodplains, often within the pre-dug burrows of other animals. Living in more remote locations than the coastal taipan, the inland taipan rarely comes into contact with humans, the Australian Museum reported. When the taipan does feel threatened, the snake coils its body into a tight S-shape before darting out in one quick bite or multiple bites. A main ingredient of this venom, which sets it apart from other species, is the hyaluronidase enzyme. According to a 2020 issue of Toxins journal (Novel Strategies for the Diagnosis and Treatment of Snakebites), this enzyme increases the absorption rate of the toxins throughout the victim's body.


https://xy2.eu/3iqGd

суббота, 20 апреля 2024 г.

Amazing art - 7

 


The street art - The emergence of Sluggo and Nadine in their not-so-hot tub


The art technique of Paul Kenton, can you guess which city emerged


'Isabella' 2024, Impermanent artwork using pebbles by Justin Bateman.

'Or maybe it's just that beautiful things are so easily broken by the world.' Cassandra Clare, City of Fallen Angels.

Isabella is inspired by Leonardo da Vinci's sketches. Leonardo is renowned for his masterful rendering of anatomy and ability to capture highly nuanced facial expressions. Beyond his technical competence he imbibes the subject with spirit, whether it is the abundant experience of age or diffident appeal of youthful innocence.

'Where the spirit does not work with the hand, there is no art.' Leonardo da Vinci

The name Isabella is of Spanish and Italian origin, and was a popular name during the Renaissance. The name is derived from the Hebrew name Elizabeth, meaning 'pledged to God'.




5 Laws of the Universe

 



Here are 5 laws of the Universe that are surprisingly accurate:


1. Murphy’s law.

Anything that can go wrong, will go wrong.

2. Kidlin’s law.

When you write down a problem clearly, the matter is half solved.

3. Falkland law.

When there is no need to make a decision, don’t make a decision.

4. Wilson’s law.

Prioritize knowledge and learning, and money will continue to flow.

5. Gilbert’s law.

It’s always your responsibility to find the best way to achieve the desired result.



https://bitly.ws/3ioAe

Все колись буває вперше

 


Все колись буває вперше))
Наші малі кізоньки вперше побачили великий світ))


https://bitly.ws/3ioxX

пятница, 12 апреля 2024 г.

Младший сын Есенина - долгая и достойная жизнь свободного человека

 


Младший сын Есенина жил в США и умер в Бостоне.
Сам Есенин так ни разу и не пришел посмотреть на сына.
Младший сын Сергея Есенина, Александр Есенин-Вольпин, известный математик, сначала советский, а потом американский, правозащитник, философ и поэт всю жизнь придерживался правила: всегда говорить правду.
Долгая, достойная жизнь свободного человека, который родился вопреки желанию своего знаменитого отца.
Для поэтессы и переводчицы Надежды Вольпин, интеллигентной москвички, дочери юриста и адвоката Давида Самуиловича Вольпина отношения с поэтом были «наимучительнейшими». Есенин был хулиган, Надя – барышня. После гимназии поступила на физико-математический факультет Московского университета. Не успела его окончить, началась революция. Она зарабатывала на жизнь переводами, писала стихи, ходила на поэтические вечера. Познакомилась с Есениным.
Сергей сразу попытался склонить хорошенькую девятнадцатилетнюю барышню к порочной связи, и она влюбилась без памяти, но целый год говорила ему разумное: «Нет». Поэт не привык слышать такое от женщин, Надя как-то по касательной зацепила его сердце, и года полтора они были вместе, как тогда говорили, в «фактически-гостевом браке». И это были ужасные отношения, по словам Нади, «наимучительнейшие». Доходило до страшного: однажды Есенин повел Надю показать ей свою новую любовь, знаменитую танцовщицу Айседору Дункан: «Ну, как она вам?»
Надежда ответила, как ей казалось, уничтожающим: «Зрелище не для дальнозорких». Она никогда ничего не требовала, не смотрела жалобно, не манипулировала. Пока Есенин хотел – была рядом, только расхотел – отошла в сторону.
Но когда звал – шла...
«Почему вы позволяете так с собой обращаться?» – не выдержал какой-то американец. Американец был рад, что кто-то может с ним пообщаться (по-английски в Москве тогда говорили мало), и удручен тем, что видит.
Надя начала с жаром объяснять иностранцу нашу российскую специфику: это не просто поэт, это один из первых, лучших поэтов страны, и он гибнет! Ей сейчас не до мелкого женского самолюбия, она, как и все друзья, старается спасти Сергея...
В те дни Надя уже знала, что ждет ребенка. Но Есенину пока не говорила. Она знала, что он скажет: идите, Надя, на аборт.
В мемуарах Надежда Вольпин писала, что аборт в те годы был главных средством контрацепции, обычной историей для каждой женщины. Иллюзий у нее не было, но она все-таки рассказала ему о беременности, да и как было не сказать? Есенин сначала даже вроде бы обрадовался, сказал: каждый мужчина горд, что у него будет дитя. Но потом несколько раз повторял: Надя, ни к чему это, у меня и так уже трое (Юрий от Анны Изрядновой, он родился, когда Сергею Есенину было 19 лет; и Татьяна с Константином – дети от бывшей жены Зинаиды Райх).
Он видел, что Надя ни за что не пойдет на аборт, и тихо бесился. Оставаться в отношениях с Есениным, в этой болезненной привязанности она не могла. Когда эта история закончилась, Надежда переехала в Петроград, родила сына. Есенин ни разу не пришел на него посмотреть. Он погиб, когда Алеку было полтора года.
Восемь лет мать с сыном прожили в Петрограде и вернулись в Москву.
В 16 лет Алек дал себе клятву никогда не врать. С каждым годом становился все замкнутей, сосредоточенней на математике: известный психиатр сказал: «Следствие общей одаренности, граничащей с гениальностью». И правда, Алек легко поступил на механико-математический факультет МГУ, легко его окончил, потом так же легко окончил аспирантуру НИИ математики при МГУ. Кандидатская у него была по математической логике. И еще он, сын поэтов, писал стихи.
В 1949 году, после защиты, Есенин-Вольпин по распределению поехал в Черновцы, и там его почти сразу арестовали, обвинили в антисоветской агитации и пропаганде.
«Арестовали, главным образом, за стихи. По тем временам я отделался довольно легко, просидев около года в сумасшедшем доме на Арсенальной...»
Потом его отправили в Карагандинскую область, как социально опасный элемент. В ссылке он работал учителем математики в школе рабочей молодежи. Ученики, простые ребята, каждый раз изумлялись: Александр Сергеевич входил, сбрасывал на пол пальто, закуривал и начинал рассказывать совершенно непонятные вещи.
Наступил 1953 год, Вольпина освободили, он вернулся в Москву. Научный руководитель помог ему устроиться редактором математического журнала. Алик продолжал писать стихи и заниматься наукой – в 1959 году его пригласили в Варшаву на международный симпозиум. За границу социального опасного ученого не пустили; он отправил туда свой доклад с припиской: «Власти не позволили советскому ученому приехать на симпозиум лично» и подборку стихов для публикации.
«О, сограждане, коровы и быки/до чего ж вас довели большевики...»
Его снова арестовали и на два года отправили в психиатрическую лечебницу. В 1961 году он вышел на свободу и четыре года вообще не тревожил советскую власть. А потом арестовали Синявского и Даниэля. Этого Алек вынести не мог – свободу мысли он ценил превыше других свобод.
Он организовал «Митинг гласности», который прошел в День конституции, 5 декабря на Пушкинской площади, лично сочинил тексты для всех плакатов, написал «Гражданское обращение», в котором призывал всех «пожертвовать одним днем покоя, чтобы не терпеть годами последствий вовремя не остановленного произвола».
Митинг наделал шуму во всем мире, арестовать Есенина-Вольпина тогда не решились, допросили и отпустили.
Но через год снова принудительно госпитализировали. Тогда за него вступились крупнейшие советские математики, они написали открытое «Письмо девяноста девяти» генеральному прокурору и министру здравоохранения СССР с припиской: «Ответ просим присылать по адресу: Москва-234, Ленинские горы, Московский государственный университет имени Ломоносова, механико-математический факультет, на имя любого из числа подписавших это письмо».
Письмо опубликовала The New York Times, его читали по «Голосу Америки». Через три месяца Алика отпустили, но многие из 99 мужественных людей, подписавших письмо, потеряли работу. Несколько лет Вольпин занимался правозащитной работой, и в 1972 году ему настоятельно рекомендовали покинуть СССР.
В Америке он работал в университете Буффало, был почетным профессором Бостонского университета, писал научные работы, читал правозащитные лекции.
Он прожил долгую жизнь и умер в 92 года в Бостоне, в марте 2016 года.

Екатерина Мячикова

понедельник, 1 апреля 2024 г.

Квентину Тарантино (Quentin Tarantino) — 61

 


Вот десять его изобретений, которые изменили весь мировой кинематограф.
1. УСПЕХ САМОУЧКИ
Квентин Тарантино никогда не учился в кинематографическом университете, все необходимое он узнал в калифорнийских кинотеатрах, из которых не вылезал с раннего детства. Вперемежку будущий режиссер смотрел шедевры «Нового Голливуда» и низкопробные жанровые фильмы. Потом был видеосалон, куда он устроился работать.
Первые картины Тарантино, показанные на «Сандэнсе» — «Бешеные псы» и особенно «Криминальное чтиво», с небывалым успехом которого связан карьерный взлет режиссера, — аккумулируют именно его зрительский опыт, переплавляя в оригинальный стиль.
«Бешеные псы» "Reservoir Dogs" – 1992
Апофеозом этой манеры стала дилогия «Убить Билла» — коллаж из любимых жанров и заимствованных киноязыков, которые автор вдохновенно присваивал.
"Kill Bill" 2003-2004
«Убить Билла» – это солянка из оммажей на старые боевики, море крови, игры с монтажом и великая Ума Турман, которая крошит врагов. Фильм иногда напоминает компьютерный шутер и вообще не отпускает – ноль лишних деталей и сбивок.

Да, в «Убить Билла» мало запоминающихся диалогов, но так Тарантино напомнил: кино – это картинка, и с ней можно так отработать, что можно спокойно показать десять минут драки на мечах без слов.
Насмотренный Тарантино не принадлежал к среде профессионалов. Он декларативно делал кино «от имени зрителя», пренебрегая иерархиями и так называемыми законами индустрии.
По сути, именно он сделал постмодернизм в США и всем мире по-настоящему народным течением.
Тарантино причисляют к поколению режиссеров-самоучек Голливуда (к нему принадлежат и его близкие товарищи Роберт Родригес и Пол Томас Андерсон), но среди равных он, несомненно, первый. Хотя бы с точки зрения популярности у зрителей и влияния на авторов, пришедших за ним следом.
2. РАБОТА СО ВРЕМЕНЕМ
Тарковский называл кинематограф «запечатленным временем», и многие по-своему трактовали это определение. Тарантино предложил один из самых неожиданных взглядов. Каждая его картина — развернутый эксперимент с несколькими временами.
Во-первых, это время действия (оно может быть мифологическим, как в «Убить Билла», или помещенным в конкретную эпоху, как «Бесславных ублюдках» или «Однажды в… Голливуде»).
Как правило, в его картинах точность в костюмах и декорациях сочетаются с возмутительными несоответствиями в диалогах и оформлении — например, музыке.
«Кримина́льное чти́во» "Pulp Fiction" 1994
Знаменитый танец Умы Турман и Джона Траволты – один из самых ярких эпизодов «Чтива». В кадре он смотрится органично и невозможно поверить, что съёмки этой сцены заняли целых тринадцать часов.
Траволте твист давался легко, а вот движения Умы были слишком скованными. Тогда Тарантино посоветовал актёрам танцевать не на камеру, а исключительно для собственного удовольствия.
При этом актриса считала песню «You Never Can Tell» совершенно неподходящей для этой сцены, но режиссёр настоял на своём выборе композиции. Как позже выяснилось, он не прогадал – танцевальный номер стал каноническим, а в 1995 году даже получил награду MTV. 
Во-вторых, внутреннее время действия, которое Тарантино растягивает (незначительный с точки зрения сюжета эпизод может занимать непропорционально большой промежуток, как, например, пролог «Омерзительной восьмерки») или сжимает, перескакивая одной склейкой через годы.
«Омерзи́тельная восьмёрка» "The Hateful Eight" 2016
В-третьих, собственно порядок событий: шокирующее воздействие «Криминального чтива» было напрямую связано с нелинейной хронологией повествования, вынуждавшей зрителя самостоятельно «собирать» фильм, как увлекательную головоломку.
3. ТАРАНТИНОВСКИЕ ДИАЛОГИ
С дебютного фильма Тарантино привлек внимание критиков способностью создать диалог на отвлеченную тему, не имеющую прямого отношения к интриге, — но неожиданно меняющий фокус внимания зрителя, так блестяще он написан. «Бешеные псы» открываются разговором о песне Мадонны «Like a Virgin» и продолжаются спором о чаевых — эти сцены чуть ли не более знамениты, чем эпизод с отрезанием уха или финальная перестрелка.
«Криминальное чтиво» прославил безупречный танец Винсента Веги и Мии Уоллес на конкурсе твиста в ретро-ресторане, но ничуть не менее культовым стал диалог двух киллеров о метрической системе и том, как во Франции называют бургеры («Le Big Mac»).
Даже в «Убить Билла» — энциклопедии экшн-кино — кульминация прерывается обстоятельным философским монологом о роли Супермена.
Тарантино — выдающийся литератор, прежде всего драматург. Недаром еще до своего дебюта он писал сценарии для других режиссеров — ярчайших представителей профессии, Оливера Стоуна («Прирожденные убийцы») и Тони Скотта («Настоящая любовь»).
4. НАСИЛИЕ
Принято превозносить Тарантино за виртуозную работу с экранным насилием и жестокостью или, наоборот, критиковать его за спекуляции на этом древнейшем аттракционе.
Тарантино в самом деле умеет поставить сцену драки или убийства так, что зрителю станет не по себе. Однако чуть ли не столь же важно, в какой контекст он помещает каждый такой эпизод. Те же «Бешеные псы» состоят почти полностью из диалогов, хотя сюжет посвящен неудавшемуся ограблению, и большая часть персонажей к финалу погибает: на фоне бесконечных разговоров (иногда ни о чем, точно не о деле) шокирующе смотрятся садистская сцена, в которой Мистер Блондин пытает связанного полицейского, или брутальная концовка.
Схожим образом устроены «Криминальное чтиво» (оживление Мии Уоллес при помощи укола в сердце), «Джеки Браун» (вся экшн-часть умещается в несколько минут) и даже экспериментальный гоночный слэшер «Доказательство смерти», в котором собственно смерти занимают совсем немного времени, — и именно поэтому вызывают столь сильный отклик у аудитории, особенно в блистательном последнем кадре.
«Доказа́тельство сме́рти» "Death Proof" 2007
Режиссер неоднократно говорил, что в его кинематографе сосуществуют два мира. Один — реалистический, к которому принадлежит и зритель: здесь «играют» в киноперсонажей, а насилие всегда дискомфортно для публики.
Другой — воображаемый мир киножанра, в котором возможно буквально все (в нем разворачивается действие «Убить Билла»), и насилие может быть сколь угодно детализированным, кровавым и зрелищным, поскольку сама интонация и стиль недвусмысленно подчеркивают: это только спецэффекты, ни одна живая душа на съемках не пострадала.
(Здесь нельзя не упомянуть настоящую травму Умы Турман на съемках «Убить Билла», после которой отношения Тарантино с его музой испортились — больше она у него не снималась).
5. МУЗЫКА
Еще одна сугубо «тарантиновская» черта — особое внимание к саундтрекам, нередко («Бешеные псы», «Криминальное чтиво», «Убить Билла 1») обретающим статус самостоятельного произведения искусства.
По сути, Тарантино работает как диджей: собирает любимые треки, неожиданно соединяет классику с чем-то свежим, а хиты — со старинными забытыми мелодиями.
Многие песни вошли в хит-парады и плейлисты — или туда вернулись — именно благодаря Тарантино:
это как минимум «You Never Can Tell» Чака Берри и «Girl Youʼll Be a Woman Soon» Urge Overkill из «Криминального чтива», «Bang Bang» Нэнси Синатры и «Goodnight Moon» Shivaree из «Убить Билла», «Across 110th Street» Бобби Уомака из «Джеки Браун», совершенно неожиданно звучащие в историческом контексте «Cat People» Дэвида Боуи из «Бесславных ублюдков» и «Apple Blossom» The White Stripes из «Омерзительной восьмерки», но также идеально совпадающий с эпохой «Hush» Deep Purple из «Однажды в… Голливуде».
Недаром как минимум две звуковые дорожки Тарантино устроены именно как плейлисты вымышленных радиостанций — в «Бешеных псах» и «Однажды в… Голливуде».
А четыре года назад он сам составил трехчасовой плейлист лучших треков из своих фильмов.
Тарантино известен сборными саундтреками, однако как минимум однажды построил фильм на закадровой музыке — речь об «Омерзительной восьмерке», куда он зазвал в качестве основного композитора мэтра итальянского спагетти-вестерна, на тот момент 87-летнего Эннио Морриконе.
За свою прекрасную партитуру тот получил заслуженный «Оскар».
6. ПЕРЕПИСЫВАНИЕ ИСТОРИИ
«Бессла́вные ублю́дки» "Inglourious Basterds" 2009
«Бесславные ублюдки» открыли новый период в карьере режиссера — более академичный и зрелый, когда он принялся переосмыслять и копировать не только чужие приемы, но и свои собственные.
В этом героическом и одновременно глумливом эпосе о Второй мировой войне главной сенсацией стала финальная битва положительных героев — законспирированной еврейки Шошанны и спецназа партизан «Бесславные ублюдки» — с нацистами, в которой от рук евреев «досрочно» погибает сам Гитлер.
Логична эволюция воображаемого мира Тарантино: раз в нем может случиться что угодно, то нет причин делать исключение для исторических фактов и личностей.
Помещая в реальный контекст выдуманных персонажей (будь то «охотник на евреев» Ганс Ланда или техасский рейнджер Альдо Рейн), Тарантино запускает «эффект бабочки», закономерный результат которого — иной исход войны. Заодно режиссер троллит консервативных зрителей, обвиняющих кинематографистов в исторических неточностях. В игровом фильме может случиться абсолютно что угодно, закономерен любой самый смелый вымысел, если он оправдан авторской задумкой.
«Джанго освобождённый» "Django Unchained" 2012
По большому счету «переписывание истории» мы видим в «Джанго освобожденном», хоть кровавую расправу бывшего раба над плантатором чуть проще себе представить, чем взрыв парижского кинотеатра вместе с верхушкой Третьего рейха. А в «Омерзительной восьмерке» важнейший макгаффин — подложное письмо Авраама Линкольна, запускающее ход событий. Это своего рода творческий манифест Тарантино: любая фальсификация простительна, если в ней есть красота и метафорический вес.
7. СМЕШЕНИЕ ЖАНРОВ
Негласный уговор внутри американского кино таков: коммерческие фильмы четко делятся на жанры, в то время как авторский кинематограф пренебрегает жанровыми законами и условностями.
Тарантино находит третий путь.
Его неоспоримо авторский стиль состоит именно из использования канонических жанров, каждая картина напитана прямыми цитатами и конкретными отсылками к классике (прежде всего коммерческого кино), но сама компоновка элементов настолько оригинальна и контрастно неожиданна, что это позволяет создать моментально опознаваемый киноязык. Тарантино — несравненный мастер коллажа, а его фильмы сродни столь же уникальным портретам Арчимбольдо.
Так, криминальный жанр уже в «Бешеных псах» режиссер лишает главного, как казалось, компонента — экшн-сцен (само ограбление на экране не показано вовсе), доводя этот прием до апофеоза в «Джеки Браун»: картина о сумке с деньгами, принадлежащими торговцу оружием, в интерпретации Тарантино превращается в нежнейший фильм о втором шансе и поздней любви.
«Криминальное чтиво» тасует нигилистическую комедию с религиозной притчей, боксерский фильм (и вновь, без самого поединка) с романтической комедией (сцена свидания в ресторане).
«Убить Билла» соединяет американское кино («фильм отмщения», классический боевик) с азиатским (японский самурайский фильм, гонконгский боевик, аниме), приправляя гибридным жанром итальянского спагетти-вестерна (его же он вновь и вновь переосмысляет в «Джанго освобожденном» и «Омерзительной восьмерке»).
В «Бесславных ублюдках» европейское авторское кино встречается с голливудскими фантазиями на тему Второй мировой («Грязная дюжина», «Пушки острова Наварон»). Наконец, «Однажды в… Голливуде» режиссер проводит тонкую грань между ревизионизмом «Нового Голливуда» и конвенциями классического американского кино «Золотого века», между которыми оказываются главные герои.
8. БОРЬБА ЗА РАВНОПРАВИЕ
Тарантино отменяет любые иерархии, декларативно пренебрегает разделением на высокое и низкое, главное и второстепенное (одно из парадоксальных следствий — двукратное вручение Кристофу Вальцу «Оскаров» за «роль второго плана» в тарантиновских фильмах, где его персонажи очевидно были центральными).
Он отказывается от голливудских представлений о «профессионалах», превосходящих «любителей»: будучи любителем-самоучкой, становится самым уважаемым профессионалом индустрии.
Уравнивает в своих «списках любимых» и в собственной вселенной кинематограф «класса Б» — боевики, слэшеры, вестерны, комедии и мелодрамы — с лучшими образцами «премиального» кино из списков Канн или «Оскара». Разумеется, это сказывается также на сюжетах и системе персонажей в фильмах Тарантино.
«Джеки Браун» – 1997
Он вводит на центральные роли афроамериканцев — любимицу своих тинейджерских лет и суперзвезду «блэксплойтейшн» Пэм Гриер в «Джеки Браун», Джейми Фокса в «Джанго освобожденном» («классический» Джанго спагетти-вестерна — разумеется, белый), своего близкого друга и любимого артиста Сэмюэла Л. Джексона: его персонаж Джулс в «Криминальном чтиве» — единственный грешник, которому явлено чудо и даровано спасение.
Он снимает фильмы, в которых женщины отказываются от пассивной роли, вступая с мужчинами в единоборство и без труда побеждая — от реалистического поединка в «Джеки Браун» до фантасмагорической дуэли в «Убить Билла».
В «Доказательстве смерти» лишь женщина способна физически уничтожить маньяка, убивавшего беззащитных.
Наконец, он дает евреям возможность реванша, ретроспективно превращая их из жертв Холокоста в бойцов и мстителей, способных самостоятельно расправиться с величайшим злом ХХ века.
Неудивительно, что второй страной проживания после США Тарантино выбрал для себя Израиль, где счастливо женился и проводит в последнее время несколько месяцев в году.
9. АКТЕРЫ И КАСКАДЕРЫ
Удивительным образом Тарантино, снимающийся в собственных фильмах (самым ярким остается эпизод в «Криминальном чтиве»), лишен нарциссизма.
«Однажды в… Голливуде» "Once Upon a Time in... Hollywood" 2019
Во всяком случае, свою версию «8 ½», «Однажды в… Голливуде», он посвящает тяготам не режиссерской, а актерской профессии. Говоря о киноиндустрии и искусстве, он предлагает взгляд исполнителя, а не создателя.
Даже один из величайших авторов и кумир Тарантино, Роман Полански, выступает в фильме как бледная тень своей жены — неподражаемой Шэрон Тейт.
Невозможно стать великим американским режиссером, если ты не умеешь работать с артистами.
Одним культовым актерам, на фильмах которых вырос Тарантино, он подарил перезапуск карьеры — своему «крестному отцу» Харви Кейтелю («Бешеные псы», «Криминальное чтиво»), который помог собрать деньги на дебютный фильм; подзабытому к середине 1990-х Джону Траволте («Криминальное чтиво»); знаменитостям 1970-80-х Пэм Гриер и Роберту де Ниро («Джеки Браун»), у которого тогда была пауза в карьере; Дэвиду Кэррадайну («Убить Билла») и Курту Расселлу («Доказательство смерти», «Омерзительная восьмерка»).
Сегодняшний зритель знает и любит их всех именно по тарантиновским картинам.
Других Тарантино вывел на первый план и подарил им кинематографическое бессмертие — так случилось с Тимом Ротом, Майклом Мэдсеном, Умой Турман, Кристофом Вальцем, Сэмуэлем Л. Джексоном.
И даже те признанные звезды, которые не нуждались в поддержке Тарантино, именно благодаря ролям в его фильмах остались в новейшей истории — так вышло с Брюсом Уиллисом, Джейми Фоксом, Дженнифер Джейсон Ли, Леонардо ди Каприо, Марго Робби и Брэдом Питтом, наконец-то получившим своего первого и пока единственного «Оскара» именно за роль в «Однажды в… Голливуде».
Кроме того Тарантино — редкий режиссер, влюбленный не только в актеров, но и в каскадеров.
Они становятся его главными героями — протагонистами, как харизматичный Клифф Бут в «Однажды в… Голливуде», и антагонистами, как демонический Майк в «Доказательстве смерти». Наконец, в том же фильме, а потом еще в двух, Тарантино дарит важные роли Зои Белл — вовсе не актрисе, а опытной каскадерше, дублировавшей Уму Турман в «Убить Билла».
Знаменитая сцена драки Клиффа Бута с Брюсом Ли в «Однажды в… Голливуде» — это реванш каскадера, который в поединке пусть и не побеждает кинозвезду, но доказывает свое равенство ей.
10. КИНО КАК СПАСИТЕЛЬ
Каскадер для Тарантино — не только супергерой (или супергероиня), но и маг, стоящий одной ногой в реальном мире, а другой в иллюзорном. Поэтому каскадер способен одолеть абсолютное зло, будь то маньяк-убийца в «Доказательстве смерти» (тоже каскадер, но отставной), или хиппи-сектанты в «Однажды в… Голливуде».
«Доказа́тельство сме́рти» "Death Proof" 2007

Это не что иное как метафора кинематографа — волшебного артефакта, способного спасать жизни и менять ход истории. «Бесславные ублюдки» не убили бы Гитлера, если бы не заманили его в кинотеатр — там, в пространстве вымысла, власть реального диктатора закончилась. Клифф Бут и Рик Далтон не остановили бы Чарльза Мэнсона, не будь они порождениями кинематографической фантазии и актерами по профессии.
Источник художественной силы и самобытного таланта Тарантино — его заразительная вера в невероятные возможности кино.
«Кримина́льное чти́во» "Pulp Fiction" 1994

Фильм «Криминальное чтиво» принес Тарантино «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля. Еще Тарантино получал за него «Оскар» – был награжден за лучший сценарий. Позже такую же награду за сценарий Тарантино брал за фильмы «Однажды в Голливуде» и «Джанго освобожденный». За свои фильмы Тарантино брал премии BAFTA и «Золотой глобус».
«Криминальное чтиво» не выиграло «Оскар» за лучший фильм, хотя по раскладам были хорошие шансы. Сам Квентин Тарантино неожиданно объяснял, что дело в «Золотом глобусе». На этой премии «Криминальное чтиво» попало в драматическую категорию, хотя Тарантино относил его к комедиям. Это якобы смазало впечатление от фильма во время всего сезона наград.
Тарантино объяснял еще одну грань: в современных реалиях приз за лучшую режиссуру на «Оскаре» можно получить только за тот фильм, который пачками собирает другие награды. О себе он говорил: «Не знаю, получу ли я когда-нибудь награду за лучшую режиссуру. Думаю, что ближе всего я был к фильму, который имел бы успех в этой номинации, когда сделал «Криминальное чтиво».
По задумке Тарантино персонаж из «Бешеных псов» Вик Вега должен был появиться и в «Криминальном чтиве». Но исполнитель этой роли Майкл Мэдсен не смог принять участия в съёмках. Тогда режиссёр окрестил героя Винсентом и предложил роль Траволте. Так у гангстера из «Бешеных псов» появился родной брат. Позже Тарантино вынашивал планы по созданию приквела к этим двум фильмам, где зритель увидел бы приключения братьев Вега. Но время шло, актёры старели, и от идеи пришлось отказаться. 
Она передается и зрителю, который отнюдь не случайно видит даже в самых легковесных картинах Тарантино нечто большее, чем остроумное и изобретательное развлечение.
По сути, вся фильмография Тарантино — многоуровневый, сложно устроенный и вполне при этом устойчивый храм кино как могущественного искусства, обладающего не вполне еще раскрытым потенциалом.
Увлекаясь имитациями реальности, режиссер никогда не оставляет надежд переписать законы самой жизни и привести зрителей за собой в пространство тотальной фантазии, где все возможно и любая мечта (в том числе, американская, об успехе) осуществима.
Антон Долин

Once upon a time in Tel Aviv.
Тарантино впервые женился в 55 лет в 2018 году на израильтянке Даниэле Пик, (дочери известного израильского певца Цвики Пика), познакомившись с ней в израильской поездке, продвигающей "Бесславных ублюдков" еще в 2009 году, и уехал жить в Тель Авив.
Сейчас у пары двое детей.
Первенец Лео родился в больнице Ихилов в Израиле в феврале 2020 года.
2 июля 2022 в Тель- Авиве родилась дочь. Сейчас Квентин гражданин Израиля живет с семьей в Тель-Авиве в районе Рамат- Авив Гимель.

https://bitly.ws/3hdyD